Главная arrow Рассказы arrow Озимандия
11.05.2011 г.
 
 
Главное меню
Главная
Биография
Отзывы
Сценарии
Фото
Карта сайта
Произведения
Всемогущий атом
Маджипур
Повести
Рассказы
Романы












Озимандия Печать
Оглавление
Озимандия
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
. А под
нами стальные ленты гусениц мерно скрежетали по песку, нарушая его
тысячелетний покой.
Некоторое время мы ехали молча. Потом Герхардт сказал:
- Надеюсь, корабль не испарится до нашего возвращения.
Я бросил на него хмурый взгляд со своего места за рулем. Щуплый,
помятый парень, растрепанные каштановые волосы налезают на чересчур близко
друг к другу посаженные глаза - этот Герхардт был для меня загадкой. Он
получил степень в Канзасском университете, успел поработать его штатным
сотрудником в поле и был на хорошем счету, так по крайней мере значилось в
характеристике.
- Что это ты городишь? - спросил я.
- Не доверяю Мэттерну. Он нас на дух не выносит.
- Неправда. Мэттерн вовсе не злодей, просто он хочет сделать свое дело
и вернуться домой. А что ты про корабль сказал, куда он испарится?
- Без нас смоются. Нас вон в пустыню погнал, а своих придержал. Помяни
мое слово, будем здесь куковать!
- Чушь несусветная, - фыркнул я. - Мэттерн на такое не способен.
- Он считает, что мы на шее у экспедиции, - не унимался Герхардт. - Чем
же не случай отделаться от нас?
Машина карабкалась на взгорье. Хоть бы клекот стервятника услыхать,
думал я, да куда там. Жизнь покинула этот мир - тому уж века и века. Я
сказал:
- Мэттерн нас не обожает, это верно. Но разве он оставит три
новехонькие полугусеничные машины? Он?
Довод был веский. Поразмыслив, Герхардт ухмыльнулся в знак согласия.
Пусть даже Мэттерну наплевать на пятерых археологов, которых дали ему в
довесок, но технику он ни за что не бросит.
Прошла в молчании еще часть пути. Уже двадцать миль проехали мы по этой
вконец омертвевшей пустыне. На мой взгляд, от корабля можно было и не
удаляться. Там хоть фундаменты зданий на поверхности.
Однако миль через десять мы выехали к городу. На вид он имел линейную
планировку: не больше полумили в ширину, а в длину до горизонта - миль
шестьсот - семьсот; будет время, решили мы, уточним размеры с воздуха.
Город, конечно, - громко сказано. Все основательно засыпано песком, но
там и сям выступали наружу участки фундамента, изъеденные временем
бетонные столбы и металлическая арматура. Мы вылезли из машины и
распаковали механическую лопату.
Липкие от пота в своих тонких космических костюмах, за час мы перенесли
несколько кубов грунта за десяток ярдов от места раскопок. Мы вырыли
здоровенную ямищу.
И ничего не нашли.
Ничего. Хоть бы череп, зуб пожелтевший. Хоть бы ложку, нож, детскую
погремушку.
Ничего.
Сохранились фундаменты некоторых построек, правда, обглоданные за
миллионы лет песками, ветрами, дождями. А больше от этой цивилизации не
осталось ничего. Выходит, не зря Мэттерн издевался, с сожалением признал
я, никакого толку от этой планеты ни им ни нам. Палеонтолог с живым
воображением может по осколку бедренной кости восстановить внешний вид
динозавра, всего лишь по окаменелой седалищной кости сносно изобразить
доисторического ящера. А можем ли мы воссоздать культуру, установления,
уровень техники, философию по голым истлевающим остаткам строительного
фундамента?
Навряд ли.
Мы отъехали за полмили и снова принялись копать в надежде найти хоть
одно вещественное напоминание о былой цивилизации. Но время потрудилось на
славу; нам еще повезло, что сохранились фундаменты. Все остальное сгинуло.
- Без конца и края печально стелются пустынные пески, - пробормотал я.
Герхардт замер с лопатой в руках:
- А? Как это понимать?
- Шелли, - объяснил я.
- Ах, Шелли.
И он снова начал орудовать лопатой.


Перед наступлением вечера мы решили наконец закругляться и ехать назад,
к кораблю. Мы проработали в поле семь часов, а похвастать было нечем, если
не считать сотни-другой футов объемной кинопленки с остатками фундамента.
Солнце клонилось к закату; на Планете Четыре сутки длятся тридцать пять
часов, и теперь они были на исходе. Небо, всегда хмурое, начало темнеть.
Луны не было. Четверка не имела спутников. Вот ведь несправедливость: у
Тройки и Пятерки в этой системе по четыре спутника, а вокруг газового
великана - Восьмерки - хороводится целых тринадцать лун.
Мы развернулись и отправились восвояси, только другой дорогой, на три
мили восточное той, по которой приехали: вдруг попадется что-нибудь на
глаза. Правда, надежда была слабенькая.
Через шесть миль пути заработал радиопередатчик. Послышался сухой,
ворчливый голос доктора Леопольда:
- Вызываю машины два и три. Второй и третий, слышите меня? Прием.
За рулем сидел Герхардт. Я протянул руку через его колено и
переключился на передачу.
- Андерсон и Герхардт в машине три, сэр. Вас слышим.
В следующее мгновение мы услыхали чуть хуже, как второй включился в
трехстороннюю связь и раздался голос Маршалла:
- Маршалл и Уэбстер в машине два, доктор Леопольд

 
« Пред.   След. »


Другие произведения
Новости фантастики