Главная arrow Маджипур arrow Валентин Понтифекс
11.05.2011 г.
 
 
Главное меню
Главная
Биография
Отзывы
Сценарии
Фото
Карта сайта
Произведения
Всемогущий атом
Маджипур
Повести
Рассказы
Романы












Валентин Понтифекс Печать
Оглавление
Валентин Понтифекс
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Страница 28
Страница 29
Страница 30
Страница 31
Страница 32
Страница 33
Страница 34
Страница 35
Страница 36
Страница 37
Страница 38
Страница 39
Страница 40
Страница 41
Страница 42
Страница 43
Страница 44
Страница 45
Страница 46
Страница 47
Страница 48
Страница 49
Страница 50
Страница 51
Страница 52
Страница 53
Страница 54
Страница 55
Страница 56
Страница 57
Страница 58
Страница 59
Страница 60
Страница 61
Страница 62
Страница 63
Страница 64
Страница 65
Страница 66
Страница 67
Страница 68
Страница 69
Страница 70
Страница 71
Страница 72
Страница 73
Страница 74
Страница 75
Страница 76
Страница 77
Страница 78
Страница 79
Страница 80
Страница 81
Страница 82
Страница 83
Страница 84
Страница 85
Страница 86
Страница 87
Страница 88
Страница 89
Страница 90
Страница 91
Страница 92
Страница 93
Страница 94
Страница 95
Страница 96
Страница 97
Страница 98
Страница 99
Страница 100
Страница 101
Страница 102
Страница 103
Страница 104
Страница 105
Страница 106
Страница 107
Страница 108
Страница 109
Страница 110
Страница 111
Страница 112
Страница 113
Страница 114
Страница 115
Страница 116
Страница 117
Страница 118
Страница 119
Страница 120
Страница 121
Страница 122
Страница 123
Страница 124
Страница 125
Страница 126
Страница 127
Страница 128
Страница 129
Страница 130
Страница 131
Страница 132
Страница 133
Страница 134
Страница 135
Страница 136
Страница 137
Страница 138
Страница 139
Страница 140
Страница 141
Страница 142
Страница 143
Страница 144
Страница 145
Страница 146
Страница 147
Страница 148
Страница 149
Страница 150
Страница 151
Страница 152
Страница 153
Страница 154
Страница 155
Страница 156
Страница 157
Страница 158
. Даже ребенку известно, что
не следует воспринимать сон как буквальное воспроизведение биографических
подробностей.
Но ничто не подсказывало ему и выхода на более глубокий уровень
постижения, кроме простого до банальности толкования: наблюдаемые им в
течение последнего времени передвижения морских драконов служат еще одним
предупреждением о том, что мир в опасности, что какие-то могучие силы
угрожают стабильности общества. Это было ему уже известно, и лишних
подтверждений не требовалось. Но почему именно морские драконы? Какая
носившаяся в его рассудке метафора превратила морских млекопитающих в
чудовищ, угрожающих поглотить весь мир?
Карабелла заметила:
- Наверное, ты перенапрягаешься. Отвлекись, и, когда твой разум будет
занят другими вещами, значение сна само придет к тебе. Что ты на это
скажешь? Пойдем на палубу?
В последующие дни он больше не видел драконьих стад - лишь несколько
отставших одиночек, а потом и они перестали попадаться. Да и сон Валентина
больше не тревожили угрожающие образы. На море было спокойно, небо было
ярким и чистым, с востока дул хороший попутный ветер. Валентин подолгу в
одиночестве простаивал на мостике и всматривался в море; и вот пришел
день, когда среди морской пустыни вдруг показались щитами над горизонтом
ослепительно белые меловые утесы Острова Снов, самого священного и мирного
места на всем Маджипуре, прибежища милосердной Леди Острова.




7



Теперь поместье полностью опустело. Ушли все полевые работники Этована
Элакки и большая часть домашней прислуги. Никто из них не позаботился даже
о том, чтобы официально уведомить его об уходе, даже для получения
причитающегося жалования: они просто улизнули тайком, будто страшились
хоть на час задержаться в зараженной зоне или боялись, что он сможет
изыскать какой-то способ принудить их остаться, если вдруг узнает, что они
уходят.
Симоост, десятник из хайрогов, все еще сохранял верность хозяину.
Оставалась и его жена Ксхама, старшая кухарка Этована Элакки, да еще
две-три горничных и несколько садовников. Этован Элакка не слишком
расстраивался из-за бегства остальных - ведь, как ни крути, а работы для
большинства из них больше не осталось, да и платить полное жалование он
был не в состоянии, поскольку на рынок нечего вывозить. Кроме того, рано
или поздно возникли бы сложности даже с их прокормом, если правда то, что
он слышал о растущих перебоях с продуктами по всей провинции. И все же, их
уход он воспринял как упрек. Он был их хозяином; он отвечал за их
благополучие; он поддерживал бы их, насколько хватило бы припасов. Почему
они так стремились уйти? Неужели эти работники и садовники надеялись найти
работу в сельскохозяйственном центре Фалкинкипа, куда они предположительно
направились? Как странно было видеть таким тихим поместье, где когда-то
целыми днями кипела жизнь! Этован Элакка нередко ощущал себя королем,
подданные которого отказались от гражданства и перешли в какую-то другую
страну, оставив его бродить по опустевшему дворцу и бросать на ветер слова
никому не нужных распоряжений.
Как бы то ни было, он старался жить в соответствии со своими
привычками. Некоторые из них остаются неизменными даже в самые мрачные
времена.
До выпадения пурпурного дождя Этован Элакка вставал каждое утро задолго
до восхода солнца и в предрассветный час выходил в сад для небольшого
моциона. Он всегда следовал одним и тем же маршрутом: от алабандиновой
рощи к танигалам, поворот налево в тенистый уголок, где пучками растут
караманги, прямо к пышному изобилию дерева тагимоль, из короткого
приземистого ствола которого на высоту от шестидесяти футов и выше
поднимаются изящные отростки, усыпанные ароматными, голубовато-зелеными
цветами. Затем он приветствовал растения-рты, кивал сверкающим кинжальным
деревьям, останавливался послушать поющий папоротник и выходил, наконец, к
границе из ослепительно желтых мангахоновых кустов, отделявших сад от
плантаций. Отсюда он смотрел вдоль пологого подъема на посадки стаджи,
глейна, хингамота и ниука.
На плантациях не осталось ничего, а в саду почти ничего, но Этован
Элакка по-прежнему совершал утренние обходы, задерживаясь возле каждого
мертвого дерева и почерневшего растения точно так же, как если бы они были
живы и вот-вот собирались расцвести. Он понимал, что ведет себя нелепо и
напыщенно и что любой, кто увидит его за этим занятием, наверняка скажет:
"Ах, несчастный сумасшедший старик. Горе лишило его рассудка". Ну и пусть
говорят, подумал Этован Элакка. Он никогда не придавал особого значения
тому, что о нем говорят, а сейчас это значило еще меньше. Возможно, он и
впрямь сошел с ума, хотя сам так не считал. Он все равно будет продолжать
свои утренние прогулки: а иначе что здесь еще делать?
В течение первой недели после смертоносного дождя его садовники хотели
удалять каждое погибшее дерево, но он приказал ничего не трогать,
поскольку надеялся, что многие из растений лишь повреждены, а не умерли, и
вновь оживут, как только избавятся от воздействия отравы, принесенной
пурпурным дождем

 
« Пред.   След. »


Другие произведения
Новости фантастики