Главная arrow Романы arrow Человек в лабиринте
11.05.2011 г.
 
 
Главное меню
Главная
Биография
Отзывы
Сценарии
Фото
Карта сайта
Произведения
Всемогущий атом
Маджипур
Повести
Рассказы
Романы












Человек в лабиринте Печать
Оглавление
Человек в лабиринте
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Страница 28
Страница 29
Страница 30
Страница 31
Страница 32
Страница 33
Страница 34
Страница 35
Страница 36
Страница 37
Страница 38
Страница 39
Страница 40
Страница 41
Страница 42
Страница 43
Страница 44
Страница 45
Страница 46
Страница 47
Страница 48
Страница 49
Страница 50
Страница 51
Страница 52
Страница 53
Страница 54
Страница 55
Страница 56
Страница 57
Страница 58
Страница 59
Страница 60
Страница 61
Страница 62
Страница 63
Страница 64
Страница 65
Страница 66
Страница 67
. Они относились ко мне как к мрази, поскольку я
демонстрировал им тайны глубин их самих. Отражение их грязных душ. Зачем
мне надо возвращаться к ним? Зачем они нужны мне? Черви. Свиньи! Я видел,
какие они на самом деле, за те несколько месяцев что провел на Земле после
возвращения с Беты Гидры-4.
Выражения их глаз, улыбки, боязливые улыбки, стремления оказаться
подальше. "Да, господин Мюллер. Разумеется, господин Мюллер. Только не
подходите ближе". Сынок, приходи сюда как-нибудь ночью, и я покажу тебе
созвездия такими, как они видны с Лемноса. Я назвал их по-своему. Там есть
"Нож"... Одно из них. Он длинный, острый. Направленный прямо в
позвоночник. И есть "Стрела". Есть "Череп" и "Жаба". Эти два соединяются.
Одна и та же звезда светит во лбу "Жабы" и в левой глазнице "Черепа". И
звезда эта - Солнце, друг мой. Солнце Земли. Мерзкая, крохотная звездочка,
желтоватая как понос. И на ее планетах множество созданий, которые
разливаются по Вселенной, как моча.
- Могу я сказать кое-что такое, что могло бы тебя обидеть? - спросил
Раулинс.
- Ты меня обидеть не в состоянии. Но попробуй.
- Я думаю, что у тебя деформированное мировоззрение. За все эти
проведенные тут годы ты утратил перспективу.
- Нет. Именно здесь я научился смотреть надлежащим образом.
- Ты ставишь человечеству упрек в том, что оно состоит из людей и
значит, не легко иметь дело с кем-то вроде тебя. Если бы мы поменялись
местами, ты бы понял. Пребывание рядом с тобой вызывает боль. Боль! Даже в
эту минуту я немного поближе ощущаю ее каждым своим нервом. Будь я намного
поближе к тебе - я бы разрыдался. Ты не можешь потребовать, чтобы люди
моментально приспосабливались к тебе. Даже твоим любимым понадобилось
бы...
- У меня не было никаких любимых.
- Ведь ты же был женат.
- Это все кончилось.
- Ну, любовницы.
- Ни одна из них не могла меня вынести, когда я вернулся.
- Друзья.
- Разбежались, - сказал Мюллер. - Только пятки засверкали.
- Ты не давал им времени.
- Я им дал достаточно времени.
- Нет, - убежденно возразил Раулинс. Он не мог больше вынести и
вскочил со скамьи. - А теперь я скажу тебе кое-что такое, что тебе и
вправду покажется неприятным, Дик. Мне очень жаль, но я должен.
- Все, что ты сказал, это бредни на манер тех, каких я наслушался в
университете. Наивность студента со второго курса. Этот мир достоин
сожаленья, повторяешь ты. Мерзкий, мерзкий. Ты видел, каково человечество
в действительности, и не желаешь иметь с ним дела. Каждый так говорит,
когда ему восемнадцать лет. Но это проходит. Мы психически организуемся и
видим, что Вселенная достаточно приятное место, и что все люди стараются,
как могут... Да, мы не совершенны, но мы и не чудовища. Когда тебе
восемнадцать лет, у тебя нет права на такие высказывания. Я же получил это
право давным-давно. Я пришел к ненависти трудной и долгой дорогой.
- Тогда почему ты остался при своих юношеских убеждениях? Ты ведешь
себя совершенно так, словно ты любуешься собственным несчастьем. Кончай с
этим. Возвращайся с нами на Землю и забудь о прошлом. Или, хотя бы прости.
- Не забуду. И не прощу.
Мюллер поморщился. Неожиданно он испытал страх, что весь задрожал. А
если это правда? Если существует способ исцеления? Покинуть Лемнос? Что-то
я расстроился. Парнишка прав: веду себя как студент-второкурсник. Не
иначе. Неужели я такой мизантроп? Нет. Это он меня вынудил. Спора ради. И
теперь тешится своей победой. Но ведь лечение наверняка невозможно. Ловко
парень смог преподать: вру мол, хотя и сам не знаю зачем. Он хочет поймать
меня в какую-то ловушку, заманить на их корабль. А если он не лжет? Почему
бы мне и не вернуться на Землю? Мюллер с трудом дал себе на это ответ. Это
страх сдерживает. Вновь увидеть эти миллиарды людей... Броситься в
круговерть жизни... Девять лет я провел на необитаемом острове и теперь
боюсь возвращения.
Его охватило безмерное отчаяние, когда он отдал себе отчет в
неприятных, но неоспоримых фактах. Человек, который возжелал стать богом,
оказался жалким одиночкой, цепляющимся за свою самоизоляцию, сходящим с
ума и презрительно отвергающим помощь. Это невесело, подумал Мюллер. Это
весьма невесело.
- Я чувствую, - сказал Раулинс, - как запах твоих мыслей меняется.
- Чувствуешь?
- Ничего конкретного. Ты был такой самоуверенный, непоколебимый. А в
эту минуту мне видится что-то вроде... тоски... что-то жалобное...
Мюллер изумился:
- Никто никогда не говорил мне, что способен различать значения
излучения. Никто! Мне лишь говорили, что находиться в моем обществе
мучительно. Невыносимо.
- Так от чего же ты так растрогался? Это я явственно ощутил. От
мыслей о Земле?
- Возможно.
Мюллер снова замкнулся. Сжал зубы. Поднялся и неторопливо подошел к
Раулинсу, наблюдая, как тот борется с собой, чтобы не показать тревоги

 
« Пред.   След. »


Другие произведения
Новости фантастики