Главная arrow Романы arrow Царь Гильгамеш
11.05.2011 г.
 
 
Главное меню
Главная
Биография
Отзывы
Сценарии
Фото
Карта сайта
Произведения
Всемогущий атом
Маджипур
Повести
Рассказы
Романы












Царь Гильгамеш Печать
Оглавление
Царь Гильгамеш
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Страница 28
Страница 29
Страница 30
Страница 31
Страница 32
Страница 33
Страница 34
Страница 35
Страница 36
Страница 37
Страница 38
Страница 39
Страница 40
Страница 41
Страница 42
Страница 43
Страница 44
Страница 45
Страница 46
Страница 47
Страница 48
Страница 49
Страница 50
Страница 51
Страница 52
Страница 53
Страница 54
Страница 55
Страница 56
Страница 57
Страница 58
Страница 59
Страница 60
Страница 61
Страница 62
Страница 63
Страница 64
Страница 65
Страница 66
Страница 67
Страница 68
Страница 69
Страница 70
Страница 71
Страница 72
Страница 73
Страница 74
Страница 75
Страница 76
Страница 77
Страница 78
Страница 79
Страница 80
Страница 81
Страница 82
Страница 83
Страница 84
Страница 85
Страница 86
Страница 87
Страница 88
Страница 89
Страница 90
Страница 91
Страница 92
Страница 93
Страница 94
Страница 95
Страница 96
Страница 97
Страница 98
Страница 99
Страница 100
Страница 101
Страница 102
Страница 103
Страница 104
Страница 105
Страница 106
Страница 107
Страница 108
Страница 109
Страница 110
Страница 111
Страница 112
Страница 113
Страница 114
Страница 115
Страница 116
Страница 117
Страница 118
Страница 119
Страница 120
Страница 121
Страница 122
. Я пошел в специальную комнату и принес оттуда
столик, сделанный из дерева эламмаку, на который я поставил чашу из
лапис-лазури и чашу из граната. В одну я налил меда, в другую насыпал
козий творог. Потом я вынес столик на террасу Уту и вынес его на солнечный
свет как подношение. Я сказал нужные слова. Теперь, когда я произносил
слова великого прощания с умершим, голос мой не прерывался.
Потом я позвал к себе старшин Урука. Разумеется, они знали, что
случилось, оделись в цвета траура. Они выглядели печально, но только ради
меня, из-за моей утраты, а не по причине собственной скорби. Энкиду для
них ничего не значил. Это меня отчасти рассердило, потому что они не
замечали достоинств Энкиду и не хотели видеть их в том свете, в котором их
видел я. Но они были всего лишь простые смертные. Как могли они понять,
как могли они заметить что-либо? Им было не по себе от того, насколько
великим было мое горе. Этого они от меня не ожидали, потому что я был не
обычным смертным человеком. Они думали, что я выше таких обыкновенных
смертных мелочей, как горе. Думали, что среди них обитает бог или что-то в
этом роде. Возможно, я сам много сделал для того, чтобы насадить такое
отношение к себе. Глаза мои покраснели, лицо побледнело и опухло. Они не
могли понять, что я и обычный человек. Гильгамеш-царь, Гильгамеш-бог - да,
конечно, но кроме этого я еще был и человек Гильгамеш. Я тяжко страдал от
одиночества, которое навязывало мое царствование, хотя никому не приходило
в голову, что я страдаю. Потом я нашел друга. Теперь же этого друга украли
у меня демоны. Поэтому я плакал.
Я сказал:
- Я оплакиваю моего друга Энкиду. Он был топор у моего пояса, кинжал у
бедра моего, щит, который прикрывал меня. Он был мне братом. Велика моя
потеря. Боль глубоко ранит.
- Весь Урук скорбит по твоему брату, - говорили они. - Воины плачут.
Люди рыдают на улицах. Пахари и жнецы скорбят, Гильгамеш.
Но слова их были пустым звуком для меня. Это была старая история: они
говорили мне то, что, по их мнению, мне хотелось бы услышать.
- Мы похороним его, как царя, - сказал я им, чтобы они лучше могли
понять, чем был Энкиду.
Они остолбенели, думая, наверное, что я собирался послать своих
домочадцев, а может, и нескольких старшин в придачу в могилу, чтобы они
составили компанию Энкиду. Но у меня такого и в мыслях не было. Теперь я
понимал смерть гораздо лучше, чем в тот день, когда домочадцы и слуги
Лугальбанды ушли один за другим под землю. Я не видел ничего достойного в
том, чтобы из-за Энкиду плакали другие братья, сыновья или жены. Поэтому я
просто приказал им приготовиться к церемонии.
Я вызвал к себе лучших ремесленников города, кузнецов по меди,
златокузнецов, камнерезов. Я приказал им изготовить статую моего друга:
тело из золота, грудь из лапис-лазури. Я приказал могильщикам вырыть яму
возле Белого Помоста и выложить ее стены обожженным кирпичом. Я собрал
оружие Энкиду и шкуры животных, которых он убил, чтобы похоронить их
вместе с ним. Я приготовил богатые сокровища, чтобы положить их возле
него: чаши, кольца, алебастровые кувшины, драгоценности и прочее.
Я по очереди обратился в каждый храм и попросил жрецов принять участие
в обряде похорон Энкиду. Единственный храм, куда я не обратился, был тот
храм, который я построил для богини. На самом деле было бы только
пристойно и необходимо, если бы Инанна присутствовала на похоронах любого
высокопоставленного человека в Уруке. Но я не хотел ее там видеть. Я
считал, что она отвечает за смерть Энкиду. Я был уверен, что именно она
навлекла смерть на Энкиду своими проклятиями от злобы, что моя власть
затмевает ее влияние в Уруке. Пусть себе корчится в своем храме, думал я.
Я не дам ей случая упиваться зрелищем той раны, которую она мне нанесла.
Не хочу видеть ее на похоронах моего друга, которого она у меня вырвала.
Никто, кроме ее прислужниц, не видел ее с того дня, когда она выпустила на
улицы Небесного Быка. Ну и хорошо, мне так самому больше нравилось.
Но она сделала по-другому. В день похорон я шел во главе процессии от
дворца к погребальной яме, рыдая, и остановился возле матери и жрецов,
когда мы приносили в жертву быков и коз и совершали возлияния меда и
молока. Со мной был охотник Ку-нинда, со мной была священная наложница
Абисимти. Они знали Энкиду даже дольше меня, и скорбели по нему так же
глубоко. Глаза Абисимти покраснели от слез, одежды ее были разорваны.
Ку-нинда, осунувшийся и молчаливый, стоял, сжав кулаки и зубы, пытаясь
сдержать горькую скорбь. Я просил их, чтобы они совершали обряды вместе со
мной. Как раз в тот момент, когда мы подходили к тому моменту в похоронном
обряде, когда льют прохладную чистую воду, чтобы освежить умершего на его
дороге к Дому Праха и Тьмы, за моей спиной раздался шум, я обернулся и
увидел Инанну среди ее жриц

 
« Пред.   След. »


Другие произведения
Новости фантастики