Главная arrow Романы arrow Царь Гильгамеш
11.05.2011 г.
 
 
Главное меню
Главная
Биография
Отзывы
Сценарии
Фото
Карта сайта
Произведения
Всемогущий атом
Маджипур
Повести
Рассказы
Романы












Царь Гильгамеш Печать
Оглавление
Царь Гильгамеш
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Страница 28
Страница 29
Страница 30
Страница 31
Страница 32
Страница 33
Страница 34
Страница 35
Страница 36
Страница 37
Страница 38
Страница 39
Страница 40
Страница 41
Страница 42
Страница 43
Страница 44
Страница 45
Страница 46
Страница 47
Страница 48
Страница 49
Страница 50
Страница 51
Страница 52
Страница 53
Страница 54
Страница 55
Страница 56
Страница 57
Страница 58
Страница 59
Страница 60
Страница 61
Страница 62
Страница 63
Страница 64
Страница 65
Страница 66
Страница 67
Страница 68
Страница 69
Страница 70
Страница 71
Страница 72
Страница 73
Страница 74
Страница 75
Страница 76
Страница 77
Страница 78
Страница 79
Страница 80
Страница 81
Страница 82
Страница 83
Страница 84
Страница 85
Страница 86
Страница 87
Страница 88
Страница 89
Страница 90
Страница 91
Страница 92
Страница 93
Страница 94
Страница 95
Страница 96
Страница 97
Страница 98
Страница 99
Страница 100
Страница 101
Страница 102
Страница 103
Страница 104
Страница 105
Страница 106
Страница 107
Страница 108
Страница 109
Страница 110
Страница 111
Страница 112
Страница 113
Страница 114
Страница 115
Страница 116
Страница 117
Страница 118
Страница 119
Страница 120
Страница 121
Страница 122
. На головах у них рогатые короны, гром предвещает их
приход. И я увидел Эрешкигаль, царицу ада, и ее писца, Белит-сери, который
стоял перед ней на коленях, записывая рассказ умершего на табличках. Когда
она меня увидела, то подняла голову и спросила: "А этот еще откуда? Кто
его сюда привел?" Тогда я проснулся и почувствовал себя, как человек
заблудившийся в пустыне, или преступник, которого схватило правосудие и
чье сердце колотится от страха! О, брат, пусть какой-нибудь бог придет к
твоим воротам и вычеркнет мое имя, а вместо него впишет свое.
Я весь был сплошная боль, когда внимал его рассказу. Я сказал ему:
- Буду молится за тебя великим богам. Это ужасный сон.
- Я скоро умру, Гильгамеш. Тогда ты опять останешься один.
Что я мог сделать? Что я мог сказать? Скорбь застыла во мне. Да, снова
одинок. Нет, я не забыл те дни холода и пустоты, прежде чем появился мой
названый брат. Снова один... Эти слова похоронным звоном отозвались во
мне. Я похолодел. У меня не было сил. Он сказал:
- Как странно все это будет для тебя, брат. Придет момент, когда ты
повернешься ко мне сказать: "Энкиду, ты видишь слона там на болоте?" или:
"Энкиду, давай влезем на стены этого города?" а я тебе не отвечу. Меня не
будет рядом, тебе придется все эти делать без меня.
Словно мощная рука перехватила мне горло:
- Да, это будет очень тяжело и дико.
Он немного привстал и повернул голову ко мне.
- У тебя сегодня другие глаза. Ты что, плачешь? По-моему, я никогда
раньше не видел тебя в слезах, брат. - Он улыбнулся. - Мне уже почти
совсем не больно.
Я кивнул. Я знал, почему так было. Горе согнуло меня, словно на шее у
меня висел камень.
Затем его улыбка пропала и хриплым мрачным голосом он сказал:
- Ты знаешь, брат, о чем я больше всего скорблю, если не считать того,
что я оставляю тебя одного в этом мире? О том, что из-за проклятия великой
богини я должен помирать в постели, позорным образом, вместо того чтобы
пасть на поле боя. Я медленно и постыдно таю на своем ложе, а тот, кто
погибает на поле боя - погибает счастливой смертью. Я же должен умереть с
позором.
Меня это не ранило так больно, как его. То, с чем боролся в тот момент
я, не имело ничего общего с такими тонкими материями, как стыд и гордость.
Он все еще жив, а я уже осиротел. Я страдал от того, что мне предстояло
его потерять. Мне совершенно безразлично было, как или где мне был нанесен
такой удар. Я сказал, пожав плечами:
- Смерть есть смерть, как бы она ни случилась.
- Лучше бы она пришла за мной иным путем, - сказал Энкиду.
Я ничего не мог сказать. Он был в тисках смерти, и мы оба это знали, и
слова теперь ничего бы не изменили. Жрец-бару Наменнадума знал это с
самого начала и пытался сказать это мне, но в своем ослеплении я не желал
видеть истину. Смерть пришла за Энкиду. А царь Гильгамеш был беспомощен.




27



Он промучился еще одиннадцать дней. Его страдания увеличивались с
каждым днем. Но я до конца оставался подле него.
На заре двенадцатого дня я увидел, как жизнь покинула его. В последний
момент мне показалось, что в темноте вокруг него распространилось слабое
красноватое свечение. Свечение поднялось и уплыло, и все стало темно. Я
понял, что он умер. Я молча сидел, чувствуя, как одиночество наплывает на,
меня. Сперва я не плакал, хотя, помню, подумал, что дикая газель и горный
козел, должно быть, сейчас плачут по нему. Все дикие звери степей
оплакивали Энкиду, подумал я. Медведи, гиены, даже пантеры. Тропинки в
лесах, где он блуждал, будут плакать по нему. Реки, ручьи, холмы.
Я протянул руку и дотронулся до него. Неужели он уже начинал остывать?
Казалось, он просто спал, но это был не сон. Лихорадка, что сжигала его,
оставила следы на его лице, сделав его костлявым и ссохшимся. Но теперь он
выглядел почти как всегда. Я приложил руку к его сердцу и не почувствовал
биения. Я поднялся и накрыл его тело льняным покрывалом, нежно, как
новобрачный накрыл бы свою возлюбленную. Но я знал, что это не покрывало,
а саван. Я зарыдал. Слезы были для меня новы и странны. Я всхлипывал и
чувствовал теплое покалывание в уголках глаз. Губы мои сжались. Во мне
словно прорвало какую-то плотину, и горе мое полилось свободно. Я шагал
взад и вперед перед его ложем, будто львица, потерявшая детенышей. Я рвал
на себе волосы. Я разорвал на себе пышные одежды и бросил их в прах,
словно они были нечистыми; я бушевал, безумствовал, рыдал. Никто не смел
подойти ко мне. Я остался один на один со своим страшным горем. Я
оставался возле тела весь этот день, и следующий, и еще один, пока не
увидел, что его требуют слуги Эрешкигаль. Тогда я понял, что надо отдать
его на погребение.
Я собрался с силами. От меня требовалось так много сделать.
Сперва, обряд прощания

 
« Пред.   След. »


Другие произведения
Новости фантастики