Главная arrow Романы arrow Сын человеческий
11.05.2011 г.
 
 
Главное меню
Главная
Биография
Отзывы
Сценарии
Фото
Карта сайта
Произведения
Всемогущий атом
Маджипур
Повести
Рассказы
Романы












Сын человеческий Печать
Оглавление
Сын человеческий
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Страница 28
Страница 29
Страница 30
Страница 31
Страница 32
Страница 33
Страница 34
Страница 35
Страница 36
Страница 37
Страница 38
Страница 39
Страница 40
Страница 41
Страница 42
Страница 43
Страница 44
Страница 45
Страница 46
Страница 47
Страница 48
Страница 49
Страница 50
Страница 51
Страница 52
Страница 53
Страница 54
Страница 55
Страница 56
Страница 57
Страница 58
Страница 59
Страница 60
Страница 61
Страница 62
Страница 63
Страница 64
Страница 65
Страница 66
Страница 67
Страница 68
Страница 69
Страница 70
Страница 71
Страница 72
. - Я тебе благодарен, но это не то.
И они устремляются дальше к Урану, к Нептуну, к морозному Плутону.
- Это сделали не мы, - говорит Хенмер, - но мы никогда не думали, что
кого-то это так расстроит.
Плутон скучен. Кружась над ним, Клей видит пять кузенов Хенмера,
бродящих в обширном пространстве, летящих из никуда в никуда. Он
вопросительно смотрит на Вселенную. Проксион? Ригель? Бетельгейзе?
- В другой раз, - бормочет Хенмер.
Они возвращаются на Землю. Приземляются. Он снова оказывается в своей
оболочке. Он лежит на ровном поле с короткой сине-зеленой травкой, над ним
нависает гигантский треугольный монолит с вершиной, похожей на вилку,
сквозь зубцы которой изливается бурлящая река и падает с высоты сотен, а
может и тысяч футов громады ониксовой плиты в круглый бассейн. Он дрожит.
Путешествие истощило его силы. Немного отдохнув, он садится; сжимает щеки
ладонями и глубоко вздыхает. Мир стремительно вращается. Его юпитерианская
радость борется с печалью об утраченных кольцах Сатурна. Меркурий.
Возлюбленные старые континенты, родная карта, проколотые иглами времени.
Воздух влажен и прозрачен, он слышит далекую музыку. Хенмер стоит на
краю бассейна в раздумье.
Или это не Хенмер? Когда он обернулся, Клей заметил разницу. На
гладкой, словно восковой грудной клетке возникли две груди. Маленькие, как
у только что повзрослевшей девушки. Их венчали крошечные розовые соски.
Бедра Хенмера стали шире. Вертикальный кармашек у основания живота сузился
в щель. Полусфера мошонки под ним исчезла. Это не Хенмер. Это женщина рода
Хенмера.
- Я - Хенмер, - говорит она Клею.
- Хенмер был мужчиной.
- Хенмер и есть мужчина. Я - Хенмер.
Она идет к Клею. Походка ее тоже не хенмеровская: вместо его свободного
переливания, более органичное движение, такое же жидкое, но не такое
гибкое. Она говорит:
- Мое тело изменилось, но я Хенмер. Я тебя люблю. Давай отметим наше
совместное путешествие? Это - обычай.
- А другой Хенмер ушел навсегда?
- Ничто не уходит навсегда. Все возвращается.
Меркурий. Кольца Сатурна. Стамбул. Рим.
Клей цепенеет. Он молчит миллион лет.
- Будешь праздновать со мной?
- Как?
- Единением тел.
- Секс, - произносит Клей. - Значит он не устарел.
Хенмер мило улыбается. Она мгновенно простирается на земле. Растения
вокруг вздыхают, дрожат и раскачиваются. На их вершинах открываются
отверстия, и в воздух взлетают переливчатые капельки. Распространяется
нежный аромат. Он возбуждает желание: Клей остро сознает жесткость своего
члена. Хенмер сгибает колени. Она раздвигает бедра, и он изучает ожидающие
ворота между ними.
- Да, - шепчет она.
В совершенном изумлении он накрывает ее тело своим. Ладони его,
скользнув вниз, сжимают ее прохладные ровные шелковые ягодицы. Хенмер
краснеет; ее прозрачные веки стали молочными, так что алый блеск глаз
затуманился; когда его скользнувшая вверх рука начинает ласкать ее грудь,
он чувствует, как твердеют ее соски и потрясается чудом неизменности
определенных вещей. Человечество за минуту облетает солнечную систему,
птицы разговаривают, растения участвуют в человеческих наслаждениях,
континенты смешиваются, Вселенная - буря великолепных красок и чарующих
запахов, - и все же в этом золотом, кремовом и лиловом чуде
усовершенствованного мира происходит старое, как сам мир, действо. Оно
кажется таким неподходящим. С подавленным криком он входит в нее и
начинает двигаться - быстрый поршень во влажной камере, - и ему вовсе не
кажется странным, что скоро его покидает чувство утраты, которое было с
ним с тех пор, как он проснулся. Он кончает с такой быстротой, что это его
потрясает, но она напевает тихую песню, и он быстро готов снова и, не
смущаясь, они продолжают. Ноги ее обвивают его. Ее таз вибрирует. Она
стонет. Она шепчет. Она поет. Он выбирает момент и разрешается еще раз,
вызывая в ней бурю ощущений, во время которой ее кожа проходит ряд
изменений, она становится то шершавой и щетинистой, то гладкой, как
жидкость, то покрывается волнами и, наконец, возвращается к
первоначальному положению. В минуту после экстаза он вспоминает про луну.
Луна! Где она была, когда они с Хенмером прорезали Космос? Луны там не
было. Луны больше нет. Как он мог забыть поискать ее?
Они разъединились и легли рядом. Он чувствует себя бодрым и слегка
подавленным одновременно. Проходят минуты, прежде чем он решается
взглянуть на Хенмер. Она улыбается ему. Она встает, тянет его подняться и
ведет к бассейну под водопадом. Они купаются. Вода ледяная. Пальцы Хенмер
нежно касаются его тела, она так женственна, что он едва может вызвать в
памяти образ стройного, мускулистого мужчины, с которым начинал
путешествие. Она кокетлива, игрива.
- Ты делаешь это с большим энтузиазмом, - произносит она

 
« Пред.   След. »


Другие произведения
Новости фантастики