Главная arrow Романы arrow Лагерь Хауксбилль
11.05.2011 г.
 
 
Главное меню
Главная
Биография
Отзывы
Сценарии
Фото
Карта сайта
Произведения
Всемогущий атом
Маджипур
Повести
Рассказы
Романы












Лагерь Хауксбилль Печать
Оглавление
Лагерь Хауксбилль
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Страница 28
Страница 29
Страница 30
Страница 31
Страница 32
Страница 33
Страница 34
Страница 35
Страница 36
Страница 37
Страница 38
Страница 39
Страница 40
Страница 41
Страница 42
Страница 43
Страница 44
Страница 45
Страница 46
Страница 47
Страница 48
Страница 49
Страница 50
Страница 51
Страница 52
Страница 53
Страница 54
Страница 55
Страница 56
Страница 57
Страница 58
Страница 59
Страница 60
Страница 61
Страница 62
Страница 63
. Хансен, как
всегда, приветливо улыбнулся Джиму.
- Квесада здесь? - спросил Барретт.
- К сожалению, нет. Док отправился на собрание. Там он передает
участникам экспедиции кое-какие медицинские приборы. Но если дело важное,
я могу пойти за ним...
- Не нужно. Я просто хотел проверить наши запасы медикаментов. Это
может обождать. Не возражаете, если я гляну, что тут у нас есть?
- Пожалуйста, делайте, что вам угодно.
Хансен отступил в сторону, пропуская Барретта в кладовую. Поскольку
не было возможности закрыть ее на замок, Барретт и Квесада придумали
замысловатую баррикаду, которая при любой попытке проникнуть через нее тут
же создавала невообразимый шум. Непрошенный гость поднимал такой грохот,
что непременно обращал на себя внимание дежурного. Когда медпункт
оставался без присмотра, баррикаду ставили на место, а утром разбирали.
Это был единственный способ оградить кладовую с медикаментами от тайных
визитов потерявших терпение узников лагеря. Обитатели лагеря не могли
допустить, чтобы их драгоценные и незаменимые лекарства, среди которых
были и наркотики, тратились на возможные самоубийства. Так рассуждал
Барретт. Если кто-то хочет покончить собой, пусть прыгает в море. В этом
случае он, по крайней мере, не увеличит трудности других обитателей
лагеря.
Барретт окинул взором медикаменты. Выбор их был совершенно случаен,
он зависел от щедрости тех, кто посылал их оттуда, сверху. Как раз сейчас
было много транквилизаторов и желудочных средств, но мало болеутоляющих и
обеззараживающих. И это еще более усугубляло чувство вины Барретта за то,
что он собирался сделать. Человек, который сам делал все возможное, чтобы
предотвратить кражу лекарств, теперь собирался злоупотребить своим
положением. Это было неэтично, и он отдавал себе в этом отчет. Но в тоже
время он знал очень многих, на совести которых были более тяжкие грехи. А
лекарство ему нужно позарез, и Квесаде было лучше не знать, что он им
воспользуется. Так было проще всего. Неправильно, но проще. Барретт
подождал, пока Хансен повернется к нему спиной, и, запустив руку в
выдвижной ящик, сгреб в ладонь тонкую серую трубку с успокоительным
средством и быстро сунул ее в карман.
- Все как будто в порядке, - сказал он Хансену, покидая медпункт. -
Скажите Квесаде, что я зайду поговорить с ним позже.
В последнее время он стал все чаще и чаще пользоваться болеутоляющими
лекарствами, чтобы облегчить боль в ногах. Квесаде это не нравилось и он
намекнул, что у Барретта вырабатывается пагубная привычка. "Ну что ж, черт
с ним, с Квесадой! Пусть док сам побродит по каменистым тропам с такими
ногами, и тогда тоже потянется за лекарствами", - утешал себя Барретт.
Барретт с трудом поковылял по восточной тропе и остановился, отойдя
на несколько сот метров от главного здания. Он зашел за невысокую груду
камней, спустил брюки и быстро сделал укол в каждую ногу, сначала в
здоровую, а потом в искалеченную. Это уменьшит боль в мускулах до такой
степени, чтобы решиться на продолжительный переход пешком, не ощущая
жгучей усталости. Он понимал, что это не пройдет ему даром, когда восемь
часов спустя действие наркотика ослабеет и вернется мучительная боль от
перенесенного напряжения, но был готов заплатить эту цену.
Дорога к морю была долгой и тоскливой. Лагерь "Хауксбилль" помещался
на высоком склоне Аппалачей, более чем в трехстах метрах над уровнем моря.
Первые шесть лет обитатели лагеря спускались к океану по самоубийственному
маршруту, пролегавшему по скользким глыбам. Барретт предложил вырубить
тропу. На это ушло десять лет напряженного труда, но теперь к
Атлантическому океану спускалась широкая безопасная лестница.
Выдалбливание ступеней в базальтовой породе настолько заняло многих
узников, что они и не вспоминали о своих родных, оставшихся наверху. И уж
само собой разумеется, за эти годы, заполненные тяжелым трудом, никто не
сошел с ума. Барретт глубоко сожалел, что так и не сумел затеять еще
какое-нибудь начинание, чтобы занять томящихся ныне бездельем людей.
Лестница, перемежаемая небольшими площадками, шла зигзагом к самой
воде. Чтобы преодолеть ее, даже здоровому человеку необходимы были
напряженные усилия. Для Барретта в его нынешнем состоянии лестница
казалась подлинной пыткой. Чтобы спуститься, ему потребовалось почти два
часа, хотя год назад у него уходило на это не более получаса.
Достигнув конца спуска, он грузно опустился в изнеможении на плоский
камень, омываемый волнами, и уронил костыль. Пальцы его левой руки
онемели, а все тело будто пропиталось потом.
Вода в океане казалась серой и какой-то маслянистой. Барретт не мог
объяснить, почему в позднем кембрии мир столь бесцветен, и небо мрачное и
угрюмое. Больше всего ему хотелось хоть краем глаза увидеть сочную зелень
травы и деревьев

 
« Пред.   След. »


Другие произведения
Новости фантастики