Главная arrow Романы arrow Лагерь Хауксбилль
11.05.2011 г.
 
 
Главное меню
Главная
Биография
Отзывы
Сценарии
Фото
Карта сайта
Произведения
Всемогущий атом
Маджипур
Повести
Рассказы
Романы












Лагерь Хауксбилль Печать
Оглавление
Лагерь Хауксбилль
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Страница 28
Страница 29
Страница 30
Страница 31
Страница 32
Страница 33
Страница 34
Страница 35
Страница 36
Страница 37
Страница 38
Страница 39
Страница 40
Страница 41
Страница 42
Страница 43
Страница 44
Страница 45
Страница 46
Страница 47
Страница 48
Страница 49
Страница 50
Страница 51
Страница 52
Страница 53
Страница 54
Страница 55
Страница 56
Страница 57
Страница 58
Страница 59
Страница 60
Страница 61
Страница 62
Страница 63
. Круг замкнулся.
Эта страна не могла измениться, потому что в систему ее
государственного устройства не была заложена способность к переменам. Вот
почему президенты всегда переизбирались, если они не были абсолютными
псами. Вот почему в конституцию было внесено самое большее поправок
двадцать за два столетия. Вот почему как только появляется человек,
который хотел бы добиться крупных перемен, люди, подобные Генри Уоллесу,
Барри Голдуотеру были вынуждены отступить. Вы знакомы с избирательной
кампанией Голдуотера? Считалось, что он был консерватором, так? Но он
проиграл, и кто его победил, как не самый несгибаемый из консерваторов,
потому что было известно, что Голдуотер радикал, а подпустить радикала к
власти побаивались...
- Джек, я думаю, ты преувеличиваешь...
- Черт бы вас побрал, вы дадите мне закончить? - Лицо Бернстейна
раскраснелось, на лбу выступил пот. - Эта страна с момента рождения
воспитывалась в духе сопротивления фундаментальным переменам. Но со
временем существующая форма правления изжила себя, правительство потеряло
контроль, и наконец-то к кормилу власти пришли радикалы. Они так все
наизменяли, что все стало разваливаться на куски и наступил
конституционный кризис 1982-1984 годов, а за ним синдикалистский
переворот. Вот так. Переворот был такой травмой общественного сознания,
что до сих пор миллионы людей не могут очухаться. Они открывают газеты и
видят, что нет больше президента, есть какой-то канцлер, а вместо
издающего законы конгресса есть Совет Синдикалистов. И люди задаются
вопросом, что это за идиотские названия, в какой стране это все
происходит, разве может такое быть в старых добрых Штатах?
Но это все есть. А они настолько ошеломлены, что у них опускаются
руки и они ощетиниваются, как ежи. Ладно. Ладно. Но непрерывность
разорвалась. Старая система заменена какой-то новой. Дети продолжают
рождаться. Школы открыты, и учителя воспитывают детей в духе синдикализма,
потому что лучше прививать синдикализм, чем остаться без работы. Нынешние
пятиклассники вспоминают о президентах, как об опасных диктаторах. Они
улыбаются перед стереопортретами канцлера Арнольда каждое утро.
Третьеклассники даже не знают, что когда-то были президенты. Через десять
лет эти ребята станут взрослыми, еще через двадцать они будут играть
решающую роль в жизни общества. У них будет подлинный интерес к сохранению
статус-кво, что всегда было характерной чертой взрослых американцев, а для
них этим статус-кво будет синдикализм. Неужели вам это не понятно? Мы
обречены на поражение, если не завладеем умами этих подрастающих ребят!
Бернстейн продолжал:
- Синдикалисты прибирают их к рукам, учат их считать синдикализм
единственно верной и хорошей системой, и чем дольше будет это
продолжаться, тем дольше он будет существовать. Это - самоутверждающаяся
система. Всякий, кто хочет возвратиться к старой конституции или внести
поправки в новую, будет казаться опасным радикалом, а синдикалисты - как
раз те хорошие ребята, которые всегда были у нас, и мы их всегда хотим.
Вот все, что у меня накипело, - Бернстейн опустился на стул. - Дайте мне
кто-нибудь воды.
Спокойный голос Плэйеля перекрыл гомон.
- Прекрасная логика, Джек. Но мне хотелось услышать от тебя
какие-нибудь предложения, какой-нибудь план позитивных действий.
- У меня тьма предложений, - ответил Бернстейн. - Все они начинаются
с выбрасывания на свалку существующей контрреволюционной системы. Мы
пользуемся методами, уместными для 1917, а может быть, и 1848 года, а
синдикалисты пользуются методами 1987 года и этим нас убивают. Мы все еще
раздаем листовки и просим людей подписывать воззвания, а у них
телевизионные установки, радио, услуги компьютерных систем, индустрия
развлечений, целая сеть массовой информации - все это включено в единую
систему пропаганды. Плюс школы.
Мои предложения. Первое. Установить электронные средства для
подключения к каналам общения с компьютерами и к другим средствам массовой
информации, чтобы иметь возможность ослабить правительственную пропаганду.
Второе. Вставлять, где только можно, свою собственную контрреволюционную
пропаганду, причем не в печатной форме, а с помощью радио, телевидения и
тому подобного. Третье. Собрать костяк умных десятилетних ребят для
распространения недовольства среди пятиклассников. Да, да, не смейтесь.
Четвертое. Составить программу выборочных убийств с целью устранить...
- Я против, - возразил Барретт. - Никаких убийств.
- Джим прав, - согласился с ним Плэйель. - Убийства не являются
действенным способом решения политических вопросов. К тому же это
бесполезно и может только привести нас к поражению, поскольку такая
тактика выдвигает на авансцену новых, более нетерпеливых лидеров и делает
мучеников из негодяев.
- Что ж, у вас может быть и такое мнение

 
« Пред.   След. »


Другие произведения
Новости фантастики